Сетевой журнал "29 дней"

Лучше нам жить не на виду, справедливо полагали богатые люди в еще бедном обществе. Когда во времена Народного фронта на афишах фигурировали имена 200 семей, как это сильно травмировало хозяев! Молодой Франсуа Сейрак, закончив «Сьянс по», негодовал по этому поводу и остался на стороне осажденных. Он примкнул к Синдикату металлургической промышленности, а спустя много лет закончил свою карьеру президентом Национального совета французских предпринимателей.На исходе 60-х годов среди журналистов было мало специалистов в области экономики, совсем немного таких, кто был бы способен вести экономическую рубрику в информационных изданиях, и вовсе еще не было пресс-атташе на фирмах. Слово «коммуникация» использовалось для обозначения средств транспорта, а слово «образ» связывалось с альбомами картинок для раскрашивания.Когда я захотел создать «Экспансьон», скептики мне твердили: «Вам не удастся делать статьи о предприятиях. Здесь не США, предприниматели не высказываются». Поэтому скромным триумфом нашего первого номера было интервью хозяина «Ситроен». Г-н Пьер Берко действительно никогда не высказывался. Сегодня Антуану Гишару, ПДЖ «Казино», в прямой передаче телевидения задают вопрос: «Вы, кажется, не встречаетесь с журналистами. Объясните нам, почему?» Чуть сокрушенно он отвечает: «Я предпочитаю говорить, когда есть о чем». Здравый смысл превратился в недостаток?

57

Имидж, известность, возвеличивание и даже — привет, Сегела! — возведение в звезды; случается, что у владельцев предприятий кружится голова от каждодневного хоровода имен и званий в средствах массовой информации. Какой бы острой (а иногда и нетерпимой) ни стала эта проблема, она появилась совсем недавно: кто упоминал об имидже десять лет назад? С учетом роли современных средств коммуникации ее, однако, нельзя обойти. Перед волшебными экранами и нашими эфемерными листками находятся не просто телезрители или читатели — это наши клиенты. Их закармливают картинками и словами, как кур перед праздниками. Что произойдет, если в их рационе не будет ни вашего лица, ни вашего имени? Нелепый вопрос? А планетарное сверхвооружение, с тем чтобы в конце концов не допустить войны между сверхдержавами, не является ли и оно таковым в еще большей степени? Для упрощения можно резюмировать все это двумя вопросами: может ли предприятие обойтись без своего имиджа? Конечно, нет. Надо ли, чтобы наряду с ним хозяин предприятия имел свой имидж? Вопрос дискуссионный. Я помню, говорил Жорж Перек, как после войны, поднимаясь по лестницам метро, намеренно били ногами по металлическим табличкам, привинченным к ступенькам. То была реклама «Есть хорошая “Бананья”!» До войны вода «Бото» рекламировалась гигантскими фресками на глухих стенах зданий; они сохранились там на десятки лет. Рекламы было так мало, так мало менялись товары, так мало было подходящих мест, что можно было создавать такие же не выходящие из моды рекламные сооружения, как дома, из железа и кирпича («Спасибо, господин Левитан, это настоящая мебель!»). В течение этой предыстории периода средств массовой информации промышленников почти не знали. Кроме тех, кто по примеру Форда ставил свое имя на заводах и на желанной продукции: «Рено», «Мишлен», «Панар». Один оригинал написал даже свое имя на Эйфелевой башне: «Ситроен». Но он плохо кончил.

Если даже некоторые предприниматели проводят резкую грань между своими служебными отношениями и отношениями во внерабочее время, нередко случается, что товарищи по службе остаются также товарищами и в играх, и в спорте, прежде чем стать гостями в доме. Это может продолжаться годами без помех. Вплоть до того дня, когда приходится констатировать, что один из них не вполне справляется со своими обязанностями. Предпочитают думать, что это временное явление, связанное с личными обстоятельствами. Продолжают вместе шутить в трудовых комитетах, но, если проблема сохраняется, нужно решиться — как правило, с опозданием — признать, что один из ваших самых близких сотрудников достиг уровня некомпетентности. В таких случаях есть лишь крайнее решение. Но предприниматель должен теперь отойти от своего приближенного, чтобы поставить под сомнение роль того, кто превратился для него в проблему. Итак, чтобы быть предпринимателем, нужно уметь быть только «почти другом».Когда отсутствие аргументов мешало Генри Форду II заставить своих сотрудников признать свои взгляды, он, не обладая легитимностью своего деда, заявлял: «Как бы то ни было, между вами и мной есть разница: на этом небоскребе написано мое имя. Форда II не стало. Его преемник, хозяин «Форд моторс», зовется Дональдом Е. Питерсоном. Широкой публике он не известен, но очень уважаем в своей среде. Предприятие замечательно выросло.

Отношения предпринимателя с его окружением всегда будут отличаться известной двусмысленностью. Поскольку для него важна поддержка персоналом предприятия тех целей, которые он наметил, он видит более простое и удобное решение в том, чтобы эта поддержка распространялась на него лично. Но многие ли предприниматели умеют довольствоваться такой поддержкой? Скольким из них хотелось бы чувствовать к себе и любовь? Между тем критерий популярности не может определять выбор предпринимателя. Его избрание на демократической основе неуместно, ибо никакое открыто конкурирующее предприятие не может мириться с демагогическими обещаниями. Предприниматель располагает, кроме того, значительной и практически неподконтрольной властью над каждым своим платным работником.И он и они ощущают, с одной стороны, потребность в тесном сотрудничестве, которое немыслимо без настоящих связующих нитей, с другой — наличие структурной преграды, которую часто можно преодолеть, но никогда нельзя полностью ликвидировать. Все это, конечно, не мешает проявлению чувств. Отсюда вытекает положение, хорошо известное во всех армиях мира и связанное с товариществом и одновременно с субординацией.Было бы хорошо, если бы число формальных барьеров поубавилось. Приходится удивляться, что встречаются еще хозяева, которые не против того, чтобы их величали «господин президент». Все больше становится таких, кого можно называть по имени. И не только на самых молодых предприятиях в руководящих звеньях находит распространение обращение на «ты». Но чем больше этикет выходит из моды, тем больше веры в воцарение дружбы. Разве не вместе хозяин и его подчиненные испытывают самые радостные в жизни чувства, когда им удается добиться исключительных результатов? Между тем удовольствие встречаться каждый день, доверять друг другу, понимать друг друга не имеет ничего общего с иерархией.

Право распрощаться с членом своего коллектива осуществить труднее всего. Независимо от причин и обстоятельств увольнение не может быть воспринято потерпевшей или потерпевшим иначе, чем как одно из самых больших личных несчастий. В руках руководителя это крайний приговор. Но он все-таки неизбежен, даже иногда необходим в глазах остальных работников. Никто не в состоянии наблюдать, как коллега теряет работу, не ставя себя при этом на его место. Тем не менее сохранение на предприятии лиц, страдающих явным и хроническим невыполнением общих задач, оценивается отрицательно. Когда предприниматель медлит с применением санкций, то это происходит, увы, скорее из малодушия, чем из милосердия; само милосердие в данном случае ошибочно, если персонал предприятия должен терпеть присутствие не оправдавшего доверия сотрудника. Вот почему даже в отношении наиболее близких к нему лиц предприниматель не может проявлять настоящих дружеских чувств, которые предполагают значительную терпимость. Задолго до Шекспира тема короля, вынужденного карать тех, кого он любит, питала трагедию. На этот счет почти невозможно ожидать положительных сдвигов в наше время. Дилемма неизменно остается прежней, даже если возникает нечасто. Но поскольку она является одной из тех, что могут ущемить его легитимность, настоящий предприниматель не станет в случае надобности колебаться.

Тот, кто сообщает, что тучи по-настоящему сгущаются, должен был бы, наоборот, стать объектом особого внимания.Но наиболее действенным предупредительным средством, позволяющим поддерживать социальное спокойствие на предприятии, является забота о том, чтобы там не звучали упреки в несправедливости. Ничто нас так не задевает, как несправедливая дискриминация. Между тем жизнь, совместная работа на предприятии создают благоприятные условия для нарушений объективности, с которыми трудно согласиться, или различного отношения к людям, очень мало связанного с их способностями. Хочет того предприниматель или нет, но его окружение является зародышем господского двора. Лица, наиболее приближенные к сюзерену, кажутся остальным фаворитами, что неизбежно. Тем более что очень часто они таковыми и являются. Что касается самого предпринимателя, то стиль его жизни (отлучки, материальные блага) служит предметом постоянных толков. Сотрудники могут согласиться с тем, что он зарабатывает гораздо больше их, но они не способны примириться с тем, что он им об этом напоминает.Был у меня одно время компаньон, который не мог себе отказать в удовольствии парковать свой «роллс-ройс» цвета мороженых каштанов между нашими «рено-25». Не потребовалось больше ничего другого, чтобы на него стали смотреть косо. Даже если предприниматель должен постоянно помнить о том, что он не является наследным принцем, от него ожидают, чтобы справедливость, когда это нужно, торжествовала. В том числе иногда немедленно. Конечно, не он один решает вопросы об увольнении. Но все те из его подчиненных, кто тоже решает, делают это в некотором роде преемственно, потому что пострадавший работник может в принципе подать апелляцию в арбитраж, напомнить о своем праве на помилование. И это не является редкостью.

О предприятии пишется теперь так много положительного (в том числе и в этой книге), что не мудрено забыть о его сущности как места принуждения. Известно, что, вместо того чтобы работать, человек всегда предпочитал заниматься сбором даров земли. Удовлетворение от владения правом на пособие по безработице не в состоянии озарить все дни его существования. Интересы предприятия требуют от каждого, в том числе и от предпринимателя, выполнения стоящих перед ним задач. Производительность становится императивом наших технизированных компаний. Короче говоря, не всегда все это в радость! Напряженность и известная доля промахов неизбежны. Предприниматель обязан учитывать это все время. Постоянной проблемой для него должна быть забота о том, чтобы предприятие, за которое он несет ответственность, находилось в здоровом состоянии. В каждом из нас живут свои микробы, и лишь их ненормальное размножение вызывает у нас лихорадку. Противодействуя борьбе кланов, глава предприятия в то же время знает, что скрытая неудовлетворенность может в случае какого-либо происшествия или ухудшения обстановки перерасти в кризис. Отсюда необходимость располагать в доме информационной сетью, чтобы знать «внутреннюю метеорологическу обстановку» и появление проблем индивидуального характера. Однако приходится констатировать, что нередко плохие новости доходят до предпринимателя не сразу, в то время как он должен их знать в первую очередь. Здесь проявляется боязнь расстроит хозяина, который, бесспорно, иногда плохо реагирует на то, что ему не нравится, или даже отказывается этому верить. Имени, так шах Ирана потерял свой трон…

51

Внутренние связи и контакты находятся часто по степени важности в конце списка очередных дел.

Есть и такие, кто не мирится с подобным положением. К ним относятся Анри Мулар, патрон Лионского банка, и Клод Бебеар, который возглавляет третью во Франции страховую фирму «Акса-Миди». Несмотря на то что в их подчинении находятся соответственно 4300 и 1500 наемных работников, они поставили перед собой задачу встречаться с ними со всеми ежегодно, во всяком случае, появляться перед ними на всех собраниях. А это настоящая головоломка, поглощающая километры и вечера! Некоторые другие пользуются технической релейной связью, как, например, Жак Кальве, который отвечает на вопросы персонала перед съемочной камерой, а затем сделанная запись передается на мониторы, установленные почти повсюду в помещениях ПАО. Есть, наконец, и такие, кто решительно использует шоу-бизнес. Только для того, чтобы обратиться к сотрудникам «Томпсон», Ален Гомез в начале 1988 года арендовал «Зенит» и устроил настоящий спектакль, транслировавшийся по телевизионным каналам на большие экраны в другие города с целью показа работникам филиалов. Хорошо тем, у кого размеры предприятия достаточно скромные (менее 1000 сотрудников), позволяющие время от времени устраивать общие собрания. При этом иметь зал на тысячу мест не обязательно, так как редко явка на собрание бывает полной. Но по крайней мере приглашаются все.

Со времен древних шумеров главной заботой правящих классов является передача власти. Все стараются узнать, кто ее получит, чтобы заранее застраховаться или воспользоваться случаем в своих интересах. Происходящие на предприятиях спекуляции на этот счет быстро становятся настолько заразительными, что нуждаются в энергичной профилактике. С одной стороны, предпринимаются общие усилия, для того чтобы поднять рентабельность хотя бы на десятые доли пунктов, с другой — из-за внутренних междоусобиц на треть ослабляется производительность. Какова бы ни была компетентность сотрудников, я всегда считал необходимым в первую очередь освобождаться от тех, кто в силу своего характера не в состоянии побороть в себе развитие вредного вируса. Контакты. Всем предпринимателям ведома одна и та же проблема: те, кто от него зависит, добиваются не только интересной работы и приличного вознаграждения; они добиваются чуткости и участия, причем, насколько возможно, по отношению лично к ним. Каждый и всякий справедливо считает, что у него есть право и на знание, и на признание. Но как удовлетворить эту потребность? По существу, хозяин современного растущего предприятия располагает временем лишь для встреч, собраний, переговоров, поездок, которые призваны способствовать развитию предприятия.